<…> Научная значимость исследования заключается в том, что в диссертации представлены когнитивные модели таких базовых для русской культуры феноменов, как тело, душа и дух, построенные на основе концептуального анализа имен этих феноменов во фразеологизмах и паремиях, в религиозных текстах, а также в романе Б.Пастернака “Доктор Живаго” и сопоставление между собой. Диссертация исследует феномены действительности, именуемые субстантивами тело, душа и дух, как фрагменты русской языков картины мира.

ПРОГРАММА ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

ПРЕЗИДИУМА РАН (2009 – 2011)

 

 

 

Координаторы:

член-корреспондент В.А. Виноградов, академик Н.Н. Казанский, академик Б.Л. Рифтин

 

ПРОГРАММА ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

ПРЕЗИДИУМА РАН (2009 – 2011)

 

 

 

Координаторы:

академик А.Б. Куделин, член-корреспондент Н.А.Макаров, член-корреспондент А.М. Молдован, академик В.А. Тишков.

 

ПРОГРАММА ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

ПРЕЗИДИУМА РАН (2009 – 2011)

 

 

 

Председатель Научного совета Программы:

Деревянко А.П. - академик, академик-секретарь Отделения историко-филологических наук РАН, директор Института археологии и этнографии СО РАН

 

 

 

Селекцията и сцеплението на диалектни и книжовни елементи от различен произход в еластично-стабилните книжовни норми през възраждането на южнославянските народи не може да се осъществи без участието на националната езикова идеология. Именно чрез нея спецификата на всяка социокултурна ситуация изкристализира в определени концептуални и аксиологични представи за книжовната традиция и живите народни говори, за степента и формите на пуризъм, както и за идеите за правилност и стилистична обработеност на нормата. Езиковата идеология се идентифицира в няколко типа възрожденски текстове – в предговорите кьм граматики и книги, издавани от представители на различни книжовноезикови направления, във филологическите полемики в периодичния печат, в проявите на т. нар. филологическа критика, които предшестват наръчниците по езикова култура. Тук спада още един тип съчинения, които утвърждават т. нар. народна етимология. Те не са били обект на системни изследвания, въпреки че по времето на тяхното написване авторите им се ползват с авторитет сред възрожденската интелигенция. На един по-късен етап младограматиците и структуралистите са ги възприемали само като филологическа екзотика.

 

 

 

 

Как уже неоднократно отмечалось в лингвистической литературе, предметные объекты в чешском и русском языках связаны в сознании рядовых носителей языка прежде всего с характеристикой размера, цвета и формы. По мере того как в последнее время развивается в науке когнитивное направление, появляются и в языкознании фундаментальные исследования соответствующего характера, причем на этом поприще свои усилия часто объединяют и международные коллективы ученых (Кравченко 1996, Бардина 1997, Линде-Усикниевич 2000). В нашем анализе обращаем внимание на две из перечисленых характеристик, которые узко взаимосвязаны друг с другом, т.е. размер и форму.

 

 

 

<…> Tekst anonimowego “Suzdalczyka” wykazuje sporo naleciałości zachodnioruskich, przede wszystkim polonizmy leksykalne służące dla oddawania pewnych realiów zachodnioeuropejskich: арцибискупъ, бискупъ, капланъ, граница, миля, муровати, право, панъ, грош. Są to wyrazy wspólne dla języka ukraińskiego i białoruskiego, w piśmiennictwie moskiewskim fukcjonują one w tym okresie jako egzotyzmy. Ponieważ autor wykorzystuje je dla charakteryzowania realiów niemieckich i włoskich, można przypuścić, że on sam pochodził z terenów ruskich podległych Polsce albo Wielkiemu Księstwu Litewskiemu, gdzie mógł się zapoznać z tymi wyrazami, które potem przeniósł na odpowiednie czy podobne realia spotykane w czasie podróży po Europie Zachodniej (por. Zoltán 1985: 246–255). Wynika z tego, że był on “Suzdalczykiem” nie z pochodzenia, a tylko ze względu na zajmowane stanowisko na służbie biskupa suzdalskiego. Używanie nazwy Полониные горы wobec Alp pomaga określić jego strony rodzinne bliżej. Pochodził on zapewne z Przykarpacia, gdzie oronim Полониные горы był w użyciu jako nazwa Karpat i w ogóle wyraz полонина był tam znany.

 

 

 

Чтение новых и давних, стандартных и диалектных славянских текстов — это занятие, несомненно, очень полезное для историков венгерского языка. Дело не только в том, что вследствие многовекового взаимодействия венгерского и славянских языков в венгерском масса заимствований — лексических, семантических, фразеологических — из славянского, а в славянских языках, особенно в их диалектах, соседящих с венгерской языковой территорией, немало заимствований из венгерского, а также в том, что параллельные явления славянских языков могут пролить свет на происхождение некоторых явлений венгерского языка даже в таких случаях, когда соответствующие явления в славянском и венгерском восходят независимо друг от друга к третьему источнику. Не исключено, впрочем, что польза в таких случаях обоюдная — неожиданный славяно-венгерский параллелизм проливает свет одновременно и на происхождение славянского эквивалента.

 

 

 

Идеята за теоретичното развитие на понятието преводен инвариант и превръщането му в термин на славистичната транслатология е заета от трудовете на Р. Якобсон. Според него в съвременната лингвистика методологически е обоснован и актуален кардиналният принцип на структурния подход към езика като съчетание между инвариантност и относителност (Якобсон 1970 (1985): 405). В работите си по съпоставителна фонетика, морфология, поетика, стихознание, най-големият славист на миналия век последователно акцентира върху научната значимост на постановката за обединяващия инвариант, неразривно и дълбинно свързан с постоянното многообразие от варианти на различните езикови равнища (Якобсон 1979 (1985): 267). Тази идея, заимствана от точните науки, в частност – от математиката, Р. Якобсон използва, за да представи универсалносттта на теоретичния прототип инвариант, стоящ зад всички варианти, в няколко свои работи (Якобсон 1970 (1985): 375, Якобсон 1971 (1985): 342, Якобсон 1976 (1985): 75).